05:43 02 Августа 2021
Взгляд
71

Депортация 1941 года в Эстонии и других прибалтийских республиках СССР — это прежде всего неэффективная акция, а не акт геноцида, считает известный российский ученый историк, директор фонда "Историческая память" Александр Дюков.

Генезис советской депортации 1941 года абсолютно понятен: в преддверии нападения Германии на Советский Союз, в условиях, когда на территории Прибалтики, прежде всего на территории Литвы, действовали подпольные организации пронацистского характера, а также в условиях весьма ограниченной работоспособности органов внутренних дел и госбезопасности в Прибалтике, советские власти решили разрубить гордиев узел при помощи меча.

Они решили побороть реально существующую "пятую колонну" при помощи массовой высылки элементов, которые рассматривались, как враждебные, отметил глава фонда "Историческая память" Александр Дюков*, комментируя для Sputnik Meedia попытки политиков стран Балтии увязать предвоенные сталинские репрессии с подписанием СССР и Германией пакта "Молотова-Риббентропа".

На самом деле, эффективность подобного метода была крайне мала, хотя какое-то количество представителей пронацистских подпольных организаций под депортацию попали. Но в целом на устойчивость этих организаций депортации не повлияли. Зато ее жертвами стали дети, старики и достаточно большое количество непричастных людей.

Понять мотивы этой депортации можно. Но говорить о том, что это было правильным, мягко говоря будет насилием над фактами, не говоря о том, что с моральной точки зрения это весьма сомнительное заявление.

Есть, однако, несколько вещей, на которые следует обратить внимание. Когда мы говорим о депортации в июне 1941 года, то должны понимать, что ни в одной из балтийских республик она не носила этнического характера — не была направлена против эстонцев, латышей или литовцев.

Эта акция, к счастью, носила достаточно ограниченный характер: жертвами депортации стал очень маленький процент от общего населения прибалтийских стран.

Применительно к населению Эстонии, из общего населения в один миллион триста тысяч человек, жертвами депортации стало менее десяти тысяч, то есть речь идет о 0.7% всего населения. Да, для тех, кто стал жертвой депортации — это была вещь крайне тяжелая. Однако подавляющее большинство жителей прибалтийских республик этой акцией затронуто не было.

Еще один важный момент. Некоторое время назад в Эстонии предпринимались попытки назвать депортацию 1941 года геноцидом.

Разумеется, в качестве геноцида данная акция квалифицирована быть не может ни при каких обстоятельствах.

Еще хочу развеять заблуждение, с которым очень часто приходится сталкиваться. Речь идет о том, что якобы планы депортации были готовы заранее — в 1939 году, еще до заключения между СССР и Прибалтикой договора о взаимопомощи. Другие говорят, что подготовка началась в 1940 году.

Это, конечно, абсолютное заблуждение, не имеющее ничего общего с фактами. Изучая архивные документы, мы видим, что решение о депортации было принято в мае 1941 года, и оно было четко обусловлено противоборством с нацистской Германией, борьбой с "пятой колонной" в преддверии гитлеровского вторжения.

Когда мы читаем в заявлении президентов трех стран Балтии, опубликованном несколько дней назад, что депортация, мол, стала результатом так называемого пакта "Молотова-Риббентропа", то должны понимать, что это глубочайшее заблуждение.

На самом деле, депортация стала не результатом сотрудничества СССР и Германии, а наоборот — противостоянием, которое буквально через полторы недели после проведения депортации перешло в форму прямой войны.

* Мнение спикера может не совпадать с позицией редакции.

По теме

Историк: почему в СССР не говорили о преступлениях эстонских карателей
"Отмечали день оккупации". Почему 9 мая в Эстонии военные сняли форму
Ланева Гора: ФСБ рассекретила преступления эстонских карателей на Псковщине
Теги:
депортация, страны Балтии