10:06 24 Сентября 2021
Взгляд
41

Публицист Димитрий Кленский - потомственный гражданин Эстонии - специально для Sputnik Meedia описал некоторые малоизвестные исторические подробности, сопутствовавшие советизации его страны.

Главный недостаток сегодняшних политических дискуссий в Эстонии о событиях лета 1940 года в том, что их безапелляционно и нагло оценивают по сегодняшним меркам без учета того, что международное право подверглось кардинальному изменению только после Нюрнбергского трибунала. В Москве же имеют собственный взгляд на содействие СССР этитм самым событиям.

Речь – об июньском перевороте (в советской историографии – Революция 21 июня). Событие последовало за созданием в 1939 году советских военных баз на территории Эстонии. А также о 21 июля, когда провозгласили социалистическую республику – ЭССР, то есть осуществилась смена государственного устройства. 6 августа 1940 года Эстонию приняли в состав Советского Союза по просьбе Государственной думы ЭССР.

С чего все началось

За два дня до июньской революции в Таллин прибыл член Политбюро ЦК ВКП(б) Андрей Жданов, выразивший неудовольствие Москвы нарушениями Таллином достигнутых между ЭР и СССР договоров. В этот же день эстонское правительство подало в отставку, а новый его состав был представлен посольством СССР.

Ещё раньше, 9 июня нарком обороны СССР Тимошенко направил совершенно секретную директиву N 02622 командующему Краснознаменным Балтийским флотом Трибуцу и командующему Ленинградским военным округом Мерецкову. Документ, в частности, обязывал к 12 июня обеспечить морскую блокаду Эстонии, а также блокировать воздушное сообщение и осуществить десанты в Таллине, Палдиски, что и было выполнено к 14 июня.

Это – факты. Конечно, казалось бы, ими можно беспроигрышно осуждать Москву. Но смотреть на происходившее надо шире, с учетом того, что уже шла Вторая мировая война и шла отчаянная борьба большинства европейских государств, в том числе и Советского Союза, за выживание. При этом доказано, что в этом плане и у Эстонии рыльце в пушку, Таллин вел перед нападением Гитлера на СССР двойную игру с Москвой и Берлином.

Сегодня универсальной "дымовой завесой" этого двурушничества Эстонии стала удачная для русофобов демонизация и примитивнейшее толкование так называемого пакта Молотова-Риббентропа – секретного протокола к Договору о ненападении между Германией и СССР.

Это соглашение стало следствием намерений большинства европейских стран объединиться в конце 30-х годов прошлого века под началом нацистской Германии для подавления СССР или направления милитаристского пыла Берлина на Россию. А пакт позволял Москве реально (и да, бесцеремонно) гарантировать СССР свою безопасность и провал блицкрига против него. Англосаксы и французы, да отчасти сами прибалты, вынудили Москву пойти на это.

Праздник на Певческом поле, посвященный 10-летию создания ЭССР
© Общественное достояние
Праздник на Певческом поле, посвященный 10-летию создания ЭССР

Естественно, сочувствие вызывают жертвы перемен, прежде всего невинные, которым калечили судьбу в водовороте крутых исторических событий. То же самое касается 1940 года в Эстонии. Ниже представлен небольшой рассказ о судьбе человека и его семьи, но не ради оправдания или осуждения зла, причинившего горе, а ради того, чтобы осудить тех политиков и демагогов, русофобов и шовинистов, которые в политических целях, используют человеческое горе ради исторических спекулятивных обобщений.

Как эстонская полиция противников Советской власти ловила

Юри-Раюр Лийвак ещё до войны получивший сельскохозяйственное образование в Янеда и после – в Финляндии, имел реноме предприимчивого хуторянина и инициативного общественного деятеля (в 25 лет впервые пытался избраться в парламент).

Он не приветствовал ввод в 1939 году в Эстонию советского военного контингента и собирался даже бежать в Финляндию. Но экс-премьер министр Каарел Ээнпалу, получивший от государства за заслуги перед Эстонией хозяйство по соседству с хутором Лийвака, успокоил его и он решился в мае 1940 года на свадьбу. Хутор Лийвака процветал, у него было несколько батраков, зерноуборочный комбайн, а картофель экспортировали в Италию.

Более того, когда летом были объявлены досрочные выборы, 28-летний Лийвак стал одним из 83 оппозиционных к новой власти кандидатов в депутаты, не побоялся выступить против 80 официальных кандидатов, вошедших в составленный коммунистами избирательный список Союза трудового народа Эстонии.

От выборов, проведенных, кстати, в нарушение Конституции ЭР, по формальному поводу, а чаще незаконно, были отстранены все оппозиционеры, кроме Юри-Раюр Лийвака. Его не устрашили ни уговоры, ни ночные визиты на хутор агитаторов и полицейских, выполнявших указания новой власти.

В итоге он проиграл "красному" кандидату, который набрал 5186 голосов против 3303 у Лийвака. При этом во время подсчета голосов его доверенное лицо попросили покинуть помещение. После возвращения из Гулага Лийвак опросил жителей округи и узнал, что соотношение голосов приблизительно совпадало с официальными данными, только большинство голосов было отдано тогда проигравшему.

Демонстрация, посвященная принятию Эстонии в состав СССР
© Общественное достояние
Демонстрация, посвященная принятию Эстонии в состав СССР

Доказать фальсификацию невозможно, но косвенно об этом говорит разыгранный властью фарс с лживым обвинением Лийвака в подлоге векселей. Он узнал о том по радио, ужиная с семьей дома в первый день выборов 14 июля. Во всеуслышание было сообщено, что оппозиционный кандидат Лийвак посажен в Центральную тюрьму (Батарейную). Конечно, сам он воспринял это, как дешевый пропагандистский трюк ради уменьшения числа его сторонников. Кстати, сразу после выборов газета "Голос народа" (Rahva Hääl) опубликовала заметку о Лийваке "Метил в Рийгикогу – попал в тюрьму", в ней сообщалось, что виновный признал вину, хотя это произошло чуть позже.

В последовавшую ночь к дому с зажжёнными фарами подъехал автомобиль уголовной полиции, и он убежал из дома. Был произведён обыск, нашли векселя. Лийвак, чуя беду, утром сам позвонил в полицию. Там попросили подождать, чтобы выяснить обстоятельства дела. Так он прождал у трубки полчаса, пока во дворе не появился тот же ночной автомобиль. Эстонские полицейские сообщили, что им дано распоряжение доставить Лийвака на допрос. При этом полицейские-эстонцы предложили ему удалиться в другую комнату и "изучить" пачку векселей, изъятых ими ночью. Однако Лийвак знал, что с векселями – полный порядок и не прибёг к предоставленной возможности "скрыть преступление".

Его доставили на улицу Пагари и посадили за решётку. На следующий день начался допрос. Следователь заявил, что один вексель подделан: Цифра 1 исправлена на 7. При этом словами там же было прописано: "семьсот пятьдесят рублей". То есть необходимости исправлять на 750 рублей не было. На это указал Лийвак, но на том разговор закончился и он оказался в одной камере с уголовниками. Так прошло 13 дней, пока не вызвали на второй допрос. Седовласый советский эстонец был солиден и даже добродушен. Выслушав неопровержимые доводы Лийвака, тот сказал: "Признайте вину, другого выхода у вас нет". После сомнений Лийвак сдался – сработала дополнительная фраза следователя: "Подпишете бумагу, будете свободны через два часа". Так он оказался на свободе. Увы, ненадолго.

Выиграв выборы, блок коммунистов и беспартийных тут же национализировал землю, банки и предприятия. К слову, в программе победителей не было ни слова о замене капитализма на социализм и вхождении Эстонии в состав СССР. О первом провозгласили месяц спустя – 21 июля, второе произошло 6 августа 1940 года.

Наказание без преступления

В начале августа 1940 года Лийвак, опасаясь дальнейшего ухудшения своего положения, продал хутор и инвентарь, а когда началась земельная реформа, которая разрешала крестьянину иметь в собственности не более 30 гектаров земли, а у Лийвака было 130, он-таки решил бежать из Эстонии. Тем более стали исчезать известные в народе лица. Среди них был и Ээнпалу.

Лийваку посоветовали встретиться с неким бутлегером в Локса, много лет, тайно доставлявшему на моторной лодке спирт в Финляндию. Лийвак должен был встретиться с ним в начале января 1941 года в столичном кафе, но узнав, что того подозревают в сотрудничестве с НКВД СССР, решил сообщить об отказе от своей затеи. Бутлегер выслушал Лийвака и сразу ушел. Зато в кафе оставались двое "крепких мужчин в гражданском". На выходе они и повязали Лийвака.

Последовали мучительно долгие и жёсткие допросы, пытки морального характера. Например, первый допрос продолжался подряд 72 часа в темноте с ослеплявшим лицо лампой и наведенным на Лийвака дулом пистолета. Или дня три не давали еды, а на третий во время допроса следователь уплетая в его присутствии, обещал такое же блюдо Лийваку, если тот выдаст знакомых, которые собирались вместе с ним бежать за кордон. Но он никого не выдал и получилось так, что он, выпив незадолго до задержания чашку кофе, следующую выпил лишь через 15 лет.

20 июня 1941 года состоялся военный трибунал. Дело Лийвака рассмотрели за 15 минут. Задали только один вопрос – о том, сколько в его распоряжении было земли, скотины, инвентаря и слуг-батраков?

Получил он по знаменитой статье 58 УК РСФСР – пункты 10 (измена Родине) и 11 (участие в контрреволюционных организациях) 15 лет исправительных работ, плюс 5 лет ссылки. Приговор обжалованию не подлежал.

Примечательно, что всех, и Лийвака тоже, судили в то время не по законам ЭР или ЭССР, а российским. Также стоит внимания то, что НКВД СССР действовал в Эстонии открыто сразу после 21 июня 1940 года, то есть в чужой стране вплоть до 6 августа, когда Эстония вошла в состав Советского Союза.

Ещё до восстановления независимости Эстонии в 1991 году Лийвак был полностью реабилитирован и добился возвращения всей своей недвижимости, вступил в Центристскую партию (у него был членский билет № 2) и наивно мечтал о возрождении довоенного фермерства. Умер в 2000 году, оставив потомкам книгу воспоминаний.

Циничная игра в одни ворота

Этот короткий рассказ о Юри-Раюр Лийваке составлен на основе его мемуаров. Таких историй с разными жителями Эстонии немало и касаются они далеко не только эстонцев. В 1940 году были репрессированы и местные русские жители, в основном за свое белогвардейское прошлое и антисоветскую деятельность.

К примеру, один из моих родственниклв был задержан в Нарве сотрудниками эстонской Полиции безопасности (КаПо) в июле и доставлен в Таллин, где его передали НКВД, хотя ЭССР была юридически еще независимым государством. Судили его в Ленинграде. Получил восемь лет лагерей за то, что имел эсеровские взгляды, а будучи лидером Русской крестьянской трудовой партии, которая хоть как-то пыталась улучшить положение бедствовавших русских крестьян Занаровья и Печорского края, встретился один раз в Нарве с пражскими лидерами таких же партий в других европейских странах. Они считались в СССР антисоветскими за принадлежность к белогвардейской эмиграциии и антисоветскую деятельность.

Умер он в Плесецклаге в 1942 году. Один его сын, боец 8-го Эстонского стрелкового корпуса Красной Армии погиб на Сааремаа в 1944 году, второй при освобождении Эстонии от немецко-фашистских захватчиков руководил отделом здравоохранения Валгаской оперативной группой.

Такие вот зигзаги судьбы, порой не поддающиеся логике. Крайне важно, однако, чтобы драмы и трагедии людских судеб, перекосившихся летом 1940 года, не становились материалом для спекулятивных обобщений исторических процессов.

Эстония грешит тем, что уделяет огромное внимание только так называемым жертвам коммунизма. В Таллине националисты-русофобы возвели в память о 25 тысячах погибших жителей Эстонии впечатляющие Мемориал и музей жертвам коммунизма (то есть, якобы, мнимой советской оккупации), намерены проводить в столице Эстонии международные антикоммунистические форумы.

Но вот несколько лет назад эстонский историк Меэлис Марипуу шокировал читателей портала: "Во время немецкой оккупации на территории Эстонии убили около 30 000 человек, причем совершались они эстонцами". А газета "Маалехт" сообщила имена убитых известных до войны эстонских спортсменов, имевших и другие заслуги перед Эстонской Республикой, но принявших советскую власть. Некоторые из них были расстреляны немцами по доносам эстонцев, с другими и с их родственниками расправились ещё до прихода немцев свои же земляки, враги Советской власти и России.

Однако имена и этих спортсменов, а также 30 тысяч остальных жертв мирного населения так и не высечены на граните. Трудно найти лучшее саморазоблачение эстонских атлантистов-русофобов. Назову лишь Сауля Халлапа – чемпиона мира по тяжелой атлетике, обладателя пяти мировых рекордов, "новоземельца", то есть получившего земельный надел от советской власти,

Их память не то, что не чтут в Эстонии, СМИ и общество даже "не заметили" и этой новости, которая не стала информационной бомбой. И это в прозападном обществе, которое беспрестанно трындит, что живёт во имя человека.

Сторонников перемен в 1940 году было много не только среди простого народа, которые страдали из-за бедности и экономических трудностей. Поддержала новую власть и национальная интеллигенция, изнывавшая от диктатуры Президента Константина Пятса, а также позорного для провозгласившей себя демократической Эстонии тотального во все годы Первой республики преследования лиц с левыми взглядами, часто и физической расправы с ними.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

По теме

Самый человечный человек: как изображали Ленина эстонские художники
Яан Анвельт: как простой учитель главой Эстляндской Трудовой Коммуны стал
Откуда прискакали "красные орды" главы парламента Эстонии Хенна Пыллуааса
Теги:
СССР, ЭССР, Эстония